Доска объявлений
Ремонт и тюнинг турбин,  керчь, крым краснодар и вся рфВк-5, вк-10, вк-20 колокольные ванны для нанесения  покрытийБорщаговка никольская, курбаса ул., без комиссионных

Забытые герои Чернобыля

Москва. - После крупнейшей аварии, произошедшей в 1986 году, эксперт в области радиации Валентин Куклев был направлен на Украину для устранения ее последствий – сегодня он тяжело болен. Когда Валентин Куклев видит по телевизору репортажи из Японии, он каждый раз испытывает волнение. «Сегодня там совершают такие же ошибки, какие делали мы в Чернобыле, - говорит этот 66-летний человек. – Необходимо знать правду для того, чтобы правильно реагировать. Японское правительство, а также телевидение, радио и печать неправильно информируют население страны о ситуации на АЭС». Куклев является экспертом в области радиации, и он принадлежит к числу тех 600 000 рабочих и специалистов, которые в период с 1986 по 1992 год участвовали в работах по устранению последствий аварии на одном из реакторов Чернобыльской атомной электростанции. Эти люди, которых в России называют «ликвидаторы», разбирали радиоактивные завалы и строили бетонный купол над взорвавшимся реактором. «В Советском Союза нас так воспитывали, что мы ставили общественные цели выше личных. Но, конечно, в любой стране есть люди, готовые выполнить свой долг до конца. Они понимают, что последствия будут ужасными для всех, в том числе и для их собственных семей, если они покинут свое рабочее место». После работы в зоне заражения в Чернобыле у Куклева появились серьезные проблемы со здоровьем. Его иммунная система была разрушена. Он уже с трудом может ходить. У него теперь слабое сердце. Он больше не может концентрироваться, и у него отмечается повышенная возбудимость. Вместе с женой он проживает в уютной двухкомнатной квартире на юге Москвы и получает в месяц социальную помощь в размере примерно 1200 долларов. Это больше, чем пособия большинства бывших ликвидаторов, которые вынуждены довольствоваться суммами от 300 до 500 долларов, сообщает Куклев, являющийся активистом движения чернобыльских ветеранов. Сегодня бывшие герои должны бороться уже за получение государственных пособий. «Мы находимся в состоянии постоянной борьбы с российским правительством, которое все время хочет урезать размеры получаемых нами социальных пособий», - говорит Куклев. По данным Союза «Чернобыль» России, долг российского государства перед ликвидаторами составляет приблизительно 37 миллионов евро. Российское правительство хочет вытеснить из сознания людей эту катастрофу и ее последствия, утверждает этот эксперт в области радиации. В больницах врачи пытаются найти другие причины тех заболеваний, от которых страдают бывшие участники расчистки зараженных участков. Сегодня эти люди разбросаны по всей территории бывшего Советского Союза. Куклев добровольно заявил о своем желании участвовать в устранении последствий взрыва реактора. У него в то время было много идей, и он был полон энтузиазма. Когда он 3 июня 1986 года, спустя месяц после взрыва ядерного реактора, приехал в город Припять, построенный для сотрудников Чернобыльской АЭС, его поразила давящая тишина. 49 000 жителей этого современного города, который, как и другие «атомные города» Советского Союза, особенно хорошо снабжался, очень быстро его покинули. «На улицах стояли пустые детские коляски. На стенах висели дорогие меха и ковры. Птицы пропали. Эти тишина давила на душу», - рассказывает Куклев. Радиоактивное облако обошло стороной этот город, но соседний еловый лес весь был окрашен в красный цвет. Позднее он был вырублен, а все деревья уничтожены. Мир, по словам Куклева, был поставлен с ног на голову. «Когда мы на вертолете пролетали вдоль Припяти, то стаи собак, кошек, коз, лошадей и птиц бросались в погоню за нашей тенью - все одновременно». Они принимали тень вертолета за признак присутствия человека. «Это было похоже на то, как будто они ищут Ноев ковчег. Светило солнце. На фруктовых деревьях было много плодов. В садах зрела клубника». Несмотря на запрет употреблять все это в пищу, удержаться почти никто не мог. «Мы мыли фрукты и потом их ели». Когда произошел взрыв 4-го реактора Чернобыльской АЭС, Валентин Куклев работал в центральном московском Институте атомной энергии. До участия в аварийных работах в Чернобыле его мало чем можно было напугать. Ведь до этого он уже наблюдал за испытанием атомных бомб на советских полигонах в Семипалатинске и на Новой Земле. «Я добровольно заявил о своем желании поехать в Чернобыль. Кабинетная работа в Москве мне надоела». Но когда Куклев в июне 1986 года впервые пролетел на вертолете над разорвавшимся реактором, он был поражен. «Мы увидели огромный малиновый глаз. Это был глаз смерти. Там внизу температура кипящей массы составляла 3 тысячи градусов». Хотя вертолеты были защищены свинцовыми пластинами, многие пилоты погибли от воздействия радиоактивных газов. В московском Институте атомной энергии сначала не хотели верить сообщениям из Чернобыля. «Сотрудник института, дежуривший в ту ночь, решил не передавать информацию о радиоактивности в Чернобыле. Он просто в это не поверил. Он думал, что там что-то не так измерили или слишком много выпили». Только на утро эта информация подтвердилась. Специальный самолет совершил облет реактора и обнаружил необычно высокий уровень радиации. «Наше руководство больше всего боялось того, что радиоактивное облако будет двигаться в сторону Запада, и там его заметят». Тем не менее руководство страны не смогло помешать движению облаков. Спустя три дня после катастрофы из Швеции поступили первые тревожные сигналы о радиоактивном загрязнении. В городе Припять, где раньше проживали сотрудники Чернобыльской АЭС, Куклев возглавил лабораторию по измерению уровня радиации. 150 подчинявшихся ему специалистов с помощью военной бронетехники занимались в зоне взорвавшегося реактора поисками отдельных его частей. В результате произошедшего взрыва обломки разлетелись на многие сотни метров. «У нас не было ни дозиметров, ни защитных масок – только белая рабочая одежда. Царила почти детская неосведомленность и преступная дезорганизация». Кроме того, неправильно использовались защитные средства. Однажды он посоветовал сотруднику автоинспекции снять ставшую почти черной маску. На бывшей когда-то белого цвета маске скопилось очень много радиоактивной пыли. «Это было опасно для жизни». Радиоактивность создавала для всех сложнейшие проблемы. «Мы сильно уставали. Тем не менее ночью я спал только по три часа». Воздух из-за радиации был наэлектризован как магнит. «Нос и рот высыхали». 70% сотрудников, работавших тогда у него в лаборатории в Припяти, уже умерли. В 1988 году, после двух лет работы в Чернобыле Куклев был направлен домой. В специальной московской больнице ему сделали переливание крови. Затем его стала мучить депрессия. Он хотел покончить с собой, так как он видел, как молодые солдаты вручную разбирали на крыше реактора радиоактивные обломки. «Через короткое время их отправляли домой как получивших облучение». Некоторые идеи, появившиеся у Куклева, он так и не смог реализовать. Постепенно его энтузиазм полностью исчез. Он потерял веру в свою страну. Коррумпированные чиновники в Киеве и в Москве, по его словам, разворовали международную помощь и набили себе карманы. «До нас в Чернобыле так ничего и не дошло».
Автор: Ульрих Хайден ("Saechsische Zeitung", Германия)
25.03.2011
Просмотров: 949