Доска объявлений
Разборка рено мастерМолодежный женский рюкзакДсп плита ламинированная толщины 10 мм, 16 мм, 18 мм.

Специальный репортаж ОТВ из Припяти (видео)

26 апреля исполняется 27 лет со дня Чернобыльской аварии. В этот день на «Областном телевидении» состоится премьера фильма «Зона отчуждения» – ленты об аварии на ЧАЭС, в которую вошли уникальные кадры «мертвого» реактора. О том, что сподвигло команду ОТВ на создание этого фильма, рассказывает автор – корреспондент программы «События» Павел Чумаков. – Почему именно Чернобыль? Что вас связывает с этими событиями, с этим местом? – Города Заречный и Славутич, в котором сейчас проживают атомщики, задействованные на консервации реактора ЧАЭС, являются побратимами. Поэтому, когда нам позвонили с Белоярской АЭС и предложили снять уникальный репортаж из самого сердца Чернобыля, мы долго не раздумывали. Период вывода из эксплуатации аварийного энергоблока очень длительный, на предприятии по-прежнему продолжают трудиться более 1000 человек. А свердловские и чернобыльские атомщики постоянно обмениваются опытом, так как именно специалисты из Заречного были привлечены к ликвидации аварии в первую очередь. Сейчас они проверяют, как радиация влияет на оборудование, и ведут научные изыскания. – Чем ваш фильм отличается от других лент на эту тему? – В первую очередь тем, что мы от первого лица объясняем зрителю, какая сейчас обстановка в зоне отчуждения, опасно ли там находиться, и что ощущали мы, журналисты, когда работали на месте самой страшной трагедии в истории человечества. Кроме того, в нашем распоряжении оказались уникальные кадры, снятые внутри 4-го энергоблока ЧАЭС. Для этого несколько сотрудников станции, рискуя жизнью, побывали в машинном зале спустя четверть века после аварии. Получилось поистине эксклюзивное видео. – Вы лично посетили «зону отчуждения». Что впечатлило, может быть, шокировало? – Наша съемочная группа находилась там в мае прошлого года. Вместе со специалистами с Белоярской АЭС мы посетили сам энергоблок и «мертвый» город Припять, навсегда опустевший через несколько дней после аварии. Завершающим этапом стал Славутич, который был принимающей стороной в этой поездке. Правда, времени на более тщательные изыскания было крайне мало. Основная его часть ушла на съемки. К примеру, мы так и не смогли покормить сомов, которые живут в охлаждающем водном канале рядом со станцией. Они стали совсем ручными и охотно принимают еду из рук сотрудников ЧАЭС. Но находиться там, даже спустя столько лет, по-прежнему небезопасно. Инстинктивно опасность не чувствуешь, ведь радиация – враг невидимый. А способ защиты – один: не есть, не пить, не курить, вообще рот не открывать, чтобы не подхватить бета-частицы. Хотя, как нам говорили, радиационный фон на промплощадке сегодня в норме, а местами даже чуть ниже. Поэтому никаких специальных костюмов нам не выдавали. Ну а вечером мы выпили немного красного вина для плановой дезактивации – так, на всякий случай. – С трагедией на ЧАЭС связано множество мистических историй. Нашли ли вы подтверждение хоть одной из них? – Местные жители поговаривают о странных больших ягодах и грибах, о животных-мутантах. Но нам, к сожалению, ничего подобного так и не показали. Может, просто пугать телевизионщиков лишний раз не хотели. – Есть планы вернуться туда и сделать еще один репортаж? – Да, хотелось бы более детально изучить место аварии. Поговорить с большим числом сотрудников станции, а также с другими свидетелями, находившимися рядом с ЧАЭС в ту роковую ночь. Можно взять в проводники настоящего сталкера и поснимать там, куда официальные делегации не пускают. Страшно, конечно, но это наша работа. Ведь искусство требует жертв.
Автор: Михаил Маерский
24.04.2013
Просмотров: 803